Скачать

За годы войны в Ленобласти было уничтожено более трёх тысяч деревень

10 мая, 18:02

После войны большинство из них не восстанавливали, потому что восстанавливать было нечего.

За годы Великой Отечественной войны в Ленинградской области было разрушено 20 городов, более трёх тысяч деревень. Десятки тысяч загубленных судеб. Самое памятное место — Большое Заречье. В октябре срок третьего деревню сожгли фашисты, а часть жители угнали в соседние Глумицы. Там их загнали в избу и подожгли дом. Заживо сгорели 66 человек, из них 19 были детьми. Теперь Заречье называют не иначе как русская Хатынь.

Они укроются в тени памятника Солдату-освободителю. Одна из них покажет паспорт, где местом рождения обозначена деревня Большое Заречье. Другая, опираясь на палочку, поведёт к своему дому. Вернее, к тому месту, где прошло её детство.
 
Четыре престарелых женщины. Сейчас им всем за восемьдесят, но в сорок третьем на глазах тогда юных девушек разыгралась трагедия русской Хатыни. Помнят все. Как в сорок первом деревню заняли немцы, как два года жили под оккупацией и как к октябрю сорок третьего советские войска подошли к Заречью. А немцы назначили дату отправки жителей в Германию. 

Надежда Макарова, до октября 1943 года житель деревни Большое Заречье
Нам предложили эвакуировать. Вот нам сказали, собирайтесь, завтра подадут машины, тут фронт. А мы все ночью ушли в лес. Они рассердились и сожгли деревню.

Вера Денисова, до октября 1943 года житель деревни Большое Заречье
Что-то плехнут и сразу спичку, зажигалку. И дом вспыхивает. И каждый дом почти вот так. Обливали и какой-то жидкостью. И сразу вся деревня наша полыхала. Страшно было смотреть. Мы-то в лесу были. Мы молодые залезали на деревья. Мальчишки говорят — вся деревня горит. Пылает вся. А мы там плакали, сидели.

Пылало Заречье, а в лес за убежавшими жителями уже отправляли карательные отряды. Причём помогали искать беглецов свои же. Шесть человек фашисты убили там же, в лесу, остальных согнали в соседние Глумицы. 

Татьяна Денисова, до октября 1943 года житель деревни Большое Заречье
Пришли к нам Васька и Крыловы. Мы обрадовались — наши. А на следующий день они и сзади немцы с собаками.

Сейчас на окраине Глумиц небольшая часовня. А рядом список сожжённых заживо. Самому старшему более шестидесяти лет, а так… подростки, дети, бросили в огонь и трёхмесячного ребенка.

Надежда Макарова, до октября 1943 года житель деревни Большое Заречье
Мы же и не знали. А тут всё дымило и дымило. Потом уже, когда решили узнать, что дымит. Так там… трупы. Нам приказали похоронить в Кикерино, вот и возили в гробах, что можно. А что нельзя, тут до сих пор лежит.

И сколько таких трагедий могли бы вспомнить в Ленинградской области, да некому. Лишь памятный знак — всё, что порой остается от уничтоженных деревень.

Олег Суходынцев, историк 
Есть замечательный дневник писателя Павла Лукницкого. Так он пишет про Московскую Добровку, а 116 дворов — большая деревня, её состояние на 42 год: «Это серая песчаная пустыня, и ничего в этой пустыне нет. Только метров за семьсот от берега изломанный израненный лес».

На Невском пятачке лишь одна деревня, да и та призрачная. Так назвали памятник. Сами населенные пункты лишь на зарисовках советских разведчиков. Левый берег Невы. Ноябрь сорок первого года. Лобаново, Арбузово, Аненское. Особые пометки, кресты — значит, дом к тому времени уже сгорел.

Олег Суходынцев, историк 
То, где мы находимся, — это промзона. Дальше был жилой район. Он был уничтожен, мы здесь вообще ничего не увидим, а это то, что осталось от завода механизации торфодобычи. Один объект разрушенный, второй разрушенный.

Из более трёх тысяч деревень часть спалили фашисты, но большинство после войны просто не стали восстанавливать. Потому что восстанавливать нечего было. В ходе боев все дома были разрушены до основания, стёрты. На месте нынешнего города Кириши три года фашисты удерживали позиции. Трижды шли на штурм советские войска и лишь с четвертой попытки освободили. Не деревни, а всё ту же «серую песчаную пустыню».

Мария Двоеглазова, заведующая Киришским филиалом музейного агентства
После войны удручающее зрелище, ни одного дома. Ветераны вспоминали, ни одного многолетнего дерева не осталось. За годы боёв всё было срезано, когда разминирование началось, то те, кто здесь работал, насчитали около пяти тысяч только воронок.     

Валерий Фенёв, корреспондент
Плавницы, Большое Мирятино, Новинка. Названия деревень из безвозвратного прошлого. К сорок четвертому году Кириши — это выжженная округа, безжизненная земля. Эти берега Волхова ждали возвращения людей почти 20 лет. Комсомольцы ударно возвели новый город. От того старого, довоенного прошлого лишь руины котельной, как напоминание — Кириши — это ещё и символ. Одно общее название, но две разных судьбы.

Кириши — уникальный для Ленинградской области город. Здесь не то, что перевернули страницу истории — книгу закрыли и с нуля начали писать историю новую. В той закрытой книге так и остались спортсмены общества «Энтузиаст», и семья химработников в своем саду.

Говорят, что аисты селятся в обжитых местах. Поближе к людям. Деревни Большое Заречье нет уже более семидесяти лет. Но аисты каждый год прилетают в русскую Хатынь.

Валерий Фенёв, корреспондент
Даже спустя 70 лет список уничтоженных деревень уточняется, считают количество дворов, количество проживавших там людей. Конечно, на месте каждой из них памятный знак не поставишь. На Невском пятачке постарались в единый образ собрать всю память об уничтоженных деревнях. Установили подсветку. Теперь каждый решает, что это. Пламя сжигающего костра или тепло домашнего очага, которое всё ещё помнит некогда обжитая земля.


Спецпроект, посвящённый Дню Победы, смотрите на сайте 47 канала.