Строительные леса и синие заборы: что прячет за ними город-музей? Реставрация в Выборге: от маленьких дел до больших проектов

27 ноября 2017 года, 21:13

Средневековье в Выборге спрятано за вуалью строительных сеток и лесов. Дом Говинга – символ выборгской разрухи начали разбирать по кирпичикам, а в Монрепо спиливают деревья? Кардинальные меры большой реставрации – это спасение или безысходность? 
Большой репортаж Анастасии Щербаковой о том, что сейчас происходит в Выборге и о тех, кто даже без огромных федеральных вливаний сам пытается возродить город из руин.




Воображение – это, пожалуй, главное, что нужно, чтобы представить Выборг таким, каким он был, и каким он должен быть! Подумать только, уже как минимум два поколения выборжан другого города и не видели. Ну, а сегодня синие заборы и зеленые сетки безопасности умело скрывают от нас средневековье.
 
Анастасия Щербакова, корреспондент
Часто я тоскую о былом,
                   
Солнечное утро, и живой мой дом.
   
Тихо. Еле слышно липы шелестят.
   
Лето, Крепостная много лет назад…


Дом книготорговца Говинга. Хотя по-фински правильно было бы сказать Ховинга. Главный символ Выборгской разрухи. Прямо сейчас вершится его история. Ноябрь 2017: дом вот- вот превратят в стройплощадку. Начинается реставрация.


В ноябре 60-го года мы переехали сюда, вот видна кухня. А на просвет видна наша комната, она была круглая, меня в угол нельзя было поставить, там не было углов.
 
Наталья Леонтьева, житель г. Выборг

Наталья Леонтьева пришла посмотреть на то, как ее дом начнут разбирать, а увидела себя в детстве. Пустые глазницы окон за разорванной ветрами вуалью, и где-то на самом верху единственная уцелевшая изразцовая печь, как сердце дома. Забьется ли оно когда-нибудь опять?

Здесь были 80 каминов, везде разные, удивительные по красоте. Везде были изразцы. Пологие ступени, дубовые перила, вязь чугунная, медные летучие мыши под потолком. Фактически это сочетание природных материалов с прогрессом.
 
Наталья Леонтьева, житель г. Выборг



Девяносто  процентов интерьеров погибло, его уже нет, общий конструктив нам надо восстановить. Если проводить аналогию с лечением, то это реанимация, дом умирает. Сейчас последняя попытка спасти.
 
Михаил Асеев, реставратор  высшей категории

Дом Говинга в 90-е стал частной собственностью. Кто сейчас ответит, как город тогда его продал...  В 2009 здесь случился пожар. Тогда-то и забили тревогу «Где хозяин?»  И его… не нашли.


 Бывает, не находят хозяина. Да, такое бывает, но власть должна была сразу отреагировать, огородить элементарно, забить окна, крышу перекрыть, и заколотить. Чтоб туда никто не попадал, а туда попадал кто угодно. Они-то и разграбили все интерьеры.
 
Михаил Мильчик, член Cоюза архитекторов России

Сейчас у областного памятника новый хозяин. В 2019 году  он собирается открыть здесь отель. И хотя бы фасад, что выходит на  Крепостную улицу,  должен стать таким же, как и сто лет назад. 
 


Видео 39-го года. Выборг еще не советский, финский. Предвоенная хроника. А в ней город - такой, каким должен стать. Восстановить, что ещё можно - сейчас задача всех уровней власти: муниципальной, региональной и федеральной. В 2015 «Минкульт» принял «Концепцию сохранения исторической части». В министерстве хранится 46 томов о Выборге, о его прошлом и, главное, будущем. Есть даже конкретная цифра, чтобы привести город в порядок, нужно 28 с половиной  миллиардов рублей!


Здесь ведь памятник мирового значения сам город, и его отдельные объекты, такие как библиотека Аалто, как филиал Эрмитажа, вот эти все места в центре. Здесь богатая история, и ее не надо создавать заново, надо взять то, что предками сделано, починить, восстановить, реставрировать.
 
Евгений Филиппов, историк, краевед

Краевед Евгений Филиппов, знает, о чем говорит. С единомышленниками ещё в 90-е он отреставрировал объект, который теперь не фотографирует разве только ленивый. Памятник основателю города Торгилю Кнутссону.



Это действительно лучший объект, который я воссоздавал. Его в 1948 году скинули солдаты. Непонятно, зачем, почему? И фактически это были только голова и туловище.
 
Евгений Филиппов, историк, краевед

Начало 90-х, кажется, не лучшее время для реставрации, памятник до этого десятилетиями пылился в каком-то ангаре. Но такой был энтузиазм. В 1993 на открытие приехала даже министр юстиции Швеции. Вот она в зеленом костюме.



В 1993 году я свой бизнес практически положил, чтобы сделать это общественно важное дело. Всего же было у меня потом еще 5 памятников. 
 
Евгений Филиппов, историк, краевед

Конечно, достойный кадр для туриста, если бы не задний план, который все портит. Два года назад сгорел верхний этаж бывшей выборгской Ратуши. Местная управляющая компания почему-то только этой осенью объявила тендер на выполнение противоаварийных работ на фасаде. Ни один  подрядчик на заявку не ответил.


В советских путеводителях Выборг называли городом красивых башен, современные блогеры подхватывают: «Может, и красивых, но не видно, в лесах». Часовая башня скрылась за ними еще три года назад, башня Олафа и башня Ратуши замаскировались в этом.
 
Анастасия Щербакова, корреспондент


Леса на открыточных видах - это грусть для туриста, но надежда для горожан. Реставрация все же идет. Но! Вот информационный щит на башне Ратуши: начало работ – январь 2017, окончание – сентябрь 2017. Сроки уже прошли. А как оказалось, сейчас реставрация на всех трех башнях вообще остановлена. На Часовой и Ратушной расторгнуты контракты. Объявлен новый конкурс на завершение работ. 


На башне Ратуши мы столкнулись с не очень качественным проектом. Написано, что надо сделать дощатый пол, а в смете этого нет. Соответственно, если бы подрядчик это сделал, то работы ему бы не оплатили.
 
Владимир Цой, директор Выборгского объединенного  музея-аповедника

Выборгский музей-заповедник стал ответственным за башни два года назад, до этого Часовая и Ратушная фактически были сиротами. Тогда-то некачественные проекты и приняли. В 2016 появился новый заказчик – Северо-западная дирекция по реставрации «Минкульта». И там были в шоке, когда прочитали проекты работ! 



Почему-то в проекте отсутствуют работы по восстановлению часового механизма самого. Нам показалось, это очень странным, отреставрировать башню и не запустить механизм. Будем отдельно этим заниматься, чтобы открыть башню с действующими часами. Думаю, после нового года подрядчик выбранный приступит к работам.
 
Наталья Волынская, руководитель Северо–Западной дирекции по строительству, реконструкции и реставрации Министерства культуры РФ


В итоге обе башни закончить обещают в 2018-ом. Кстати, это будет год 45-летия фильма «Земля Санникова», где Часовая башня – одна из главных героинь. 

Главная смотровая площадка Ленобласти: на башне святого Олафа этой осенью отреставрировали такой знакомый зеленый купол, саму площадку сделали шире. Сейчас решают, что делать внутри: восстанавливать шесть перекрытий, фактически, этажей, или пустить в центре башни лифт. 

«Минкульт» в курсе, Александр Юрьевич Дрозденко в курсе. Я думаю, в начале года мы озвучим решение. Наша сверхзадача, чтобы башня была открыта ко дню города в августе.
Владимир Цой, директор Выборгского объединенного музея-заповедника 



Знаток каждого выборгского закоулка, экскурсовод Алла Матвиенко, когда водит экскурсии по городу, предпочитает обходить стороной здание архитектора Юхана Аренберга в самом центре Выборга. Это почта.
 


Знаете, люди сюда приехали, чтобы увидеть, что-то новое, ощутить новое, и я стараюсь их не огорчать.
 
Алла Матвиенко, экскурсовод, краевед


Собственнику, то есть «Почте России», выборгские депутаты письма гнева о состоянии здания отправляли еще в 2014-м. И вот только спустя 3 года началась реставрация фасада.


Увидела в интернете, что здесь меняют окно. Я пришла посмотреть, и такое ощущение сложилось, что оно из пластика. Окна должны быть из дерева, из сосны. И вот проще простого: я решила спросить у тех, кто знает. Я как горожанка имею на это право.
 
Алла Матвиенко, экскурсовод, краевед

К окну, правда, Аллу Матвиенко не подпустили. Зато дали номер телефона руководителя отделения почты.


Я начальнику позвонила: «Из чего это окно? Это пластик или сосна?» и сказал он мне: «А я не знаю, и разговаривать с вами я вовсе не обязан».
 
Алла Матвиенко, экскурсовод, краевед

Наша редакция тоже просилась в кабинет, и тоже нас не пустили. «Почта России» отправила нам письмо, по почте… Только, электронной. 

Согласно проекту реставрационного ремонта фасадов, получившему положительное заключение Государственной историко-культурной экспертизы, будет произведена полная замена оконных проемов. При этом в новые рамы, изготовленные из клееной древесины хвойных пород, будут вставлены стеклопакеты с сохранением габаритов, рисунка расстекловки и профилей сечений. 
Улягутся ли эмоции горожан от такого официального ответа. Но так или иначе. Скоро будут менять и остальные окна, горожанка и экскурсовод Алла Матвиенко обещала следить за ситуацией.

 
Половина всех объектов культурного наследия Выборга – это жилые дома. Эклектичное сочетание: вековые фасады и пластиковые окна, штукатурка из прошлого и спутниковые антенны.  Хочется, конечно, сравнить с Таллином, например, или центром Хельсинки. Но пока в Выборге проблема эстетики даже не стоит, решают более глобальные задачи.
 Ленинградская область впервые приступает к капитальному ремонту домов-памятников, и именно в Выборге. Сейчас готовят проекты - всего 16 домов, которым, кажется, повезло.
Работы будут проведены в начале 2018 года, если ничего не случится. У нас может случиться все, что угодно…
 
Наталья Николаева, помощник главы администрации МО «Выборгский район»


Региональный памятник «дом Лунда» в список 16-ти не попал. Хотя последний раз его ремонтировали еще 45 лет назад. Тогда же он краем фасада попал в кадр фильма «Учитель пения», а это дом сейчас. Но, когда нет живет художник, недостатки здания превращаются в модный «лофт».
 
Владимир Жак из своего подъезда сделал музей одновременно и истории города, и дома, и выборгского коммунального краха.
 


Вот тут печатная продукция, газета, листок я взял с финского сайта. И тут мне в типографии напечатали. А еще крыша течет, и вода протекает, и здесь штукатурка отходила, я решил отбить -  это стены просушивает, ну и красиво.
 
Владимир Жак, художник

Как на любой выставке, в «доме купца Лунда», а теперь художника Жака, есть и  главный экспонат – трещина в стене, сквозь которую виднеется улица.
Дом - «музей» стоит в очереди областного капремонта: электросети, фасад, подвал: 2021-2023 годы, фундамент заявлен на 2030-2032-ой. Об этом, говорит художник, можно сделать отдельный стенд.
 


От города я не жду ничего. В Финляндии – город активно участвует в таких проектах. Инициативы работают. От нашей власти я не жду, а со своей стороны, как художник я в творчестве оставляю историю. Мне был интересен проект, и я его сделал.
 
Владимир Жак, художник

Выборг жил! Выборг живет! Выборг будет жить! Обязательно!
 
Галина Грачева, житель г. Выборг

Про нынешнее состояние Выборга часто говорят: «Как после войны!». Но только те, кто то время знает, помнит, сравнение это не очень-то любит. Две подруги Галя и Валя вспоминают, после войны Выборг был отнесен к числу 15-ти городов, восстановление которых было объявлено первоочерёдным. 
Тогда вошло в обиход слово «разборка» – это когда стар и млад разбирали завалы, и еще одно сокращение «оргнабор». Поднимать Выборг в середине сороковых ехали со всего Союза.
 

Помню, это были с Поволжья. Нам было интересно, у них резиновые галоши, а внутри носки разноцветные. Смешно было, у нас ведь чулочки, а они, видимо, из сел. Набирали молодежь, военных много, много помогали на стройках народного хозяйства.
 
Галина Грачёва, житель г. Выборг

Квартал, который в Выборге называют именем финского мецената Сета Солберга. Это о нем чаще всего все военные сравнения. Табличка «Не выбрасывать мусор» выглядит, как издевка. А вот присутствие детей на руинах – это уже, скорее, халатность!
 


Мы там ставили забор, но любители есть, которые его просто растаскивают на материалы. Некоторые вещи просто не в наших силах.
 
Наталья Николаева,  помощник главы администрации МО «Выборгский район»
 



Может квартал переживет зиму, а, может, нет, если ничего не делать.
 
Михаил Асеев, реставратор высшей категории


Законсервировать срочно: архитекторы торопят. Прежде всего, спрятать под крышу все что осталось, убрать торчащую арматуру, забить наглухо окна, ну и, опять поставить забор. Все это сделать нужно было еще несколько лет назад.

Это прямая обязанность администрации, прямая. Они не могли возродить квартал. Это понятно, это деньги большие, но по крайней мере произвести консервацию, это во-первый, и, во-вторых, искать инвестора.
 

 

Михаил Мильчик, член Cоюза архитекторов России 

Михаил Мильчик, автор историко-культурной экспертизы «квартала Сэта Солберга» уверен, именно государственно-частное партнерство спасет квартал. Хороший хозяин - вот что нужно этому достопримечательному месту.

Тут надо быть на стороне инвестора. Это нормально. Надо учитывать его пожелания. Должен быть баланс интересов, интересов культурного наследия, но где разрушено, там уж разрушено, но и при этом учитывать современное предназначение.
 
Михаил Мильчик, член Cоюза архитекторов России
 

Пример хорошего хозяина, здесь Выборг единодушен, супруги Фомичевы. Ровно год назад они открыли в городском парке ресторан. На месте бывшего финского, с таким же названием, и практически один в один его повторив.
 



Очень похож на то, что было, очень похож. Многие спрашивают: «Зачем?», но это надо не лично мне, а городу, он всегда знал, что тут было. Тут невозможно было другое построить.
 
Константин Фомичев, ресторатор

Старого ресторана  не стало во время войны. А когда-то это было самое популярное место финского Виипури, так назывался Выборг. Чтобы воплотить проект, Фомичевым пришлось брать кредиты. Но риск себя оправдал, морально уж точно.

Сейчас мы получаем большую моральную поддержку финнов. Недавно сюда приезжал старик, ему 94 года, он из Хельсинки. Он помнит это место. И приезжала женщина, она рассказывала, что мужчины в Выборге приходили в "Эспиля" с тростями. Мы не предполагали, что такое количество людей помнят.
 
 
Лариса Фомичева, ресторатор
Еще одно место, где финские туристы, приезжая в Выборг, бывают обязательно - это парк Монрепо.
 Ностальгический финский вальс «Помнишь ли ты Монрепо?». К 2019-му году в парке обещают, единственный скальный парк России преобразится так, что его уже точно никто не забудет.


Все эти проекты, которые мы тут делаем, основаны на проекте самого Людвига Генриха Николаи. У него был парковый план, он и лег в основу парковой реставрации.
 
Алексей Лодыгин, автор проекта реставрации парка «Монрепо»


От новости «в «Монрепо» рубят деревья» щепки эмоций разлетелись по всему городу. Оказалось, и действительно, гудят пилы. Избавляются от последствий многолетней парковой бесхозяйственности. С деревьями все же чуть проще, чем со зданиями.



Мы как врачи подходим. Вот, видите, липа, а в ней дупло. Если не уберем, оно лет через 5 упадет, возможно, на туриста - оно сносится. И на месте этой аллеи будут новые деревья. Такой подход по всему парку, мы выбираем деревья и выборочно их удаляем.
 
Алексей Лодыгин,  автор проекта реставрации парка «Монрепо»
 

Реставрацию парка обещают завершить к середине 2019 года. Тогда же, в 19-м, собираются сдать отель в доме Говинга, тогда же во всей красе должны будут стоять и три Выборгские башни. Это совсем скоро, если учесть, что в Выборге ничего не делалось десятилетиями. В городе, конечно,  еще много тех, кто пока говорит: «Не верю!». И понять их, конечно же, можно. Им нужны не проекты и планы, они ждут будущего, которое спряталось в прошлом. 


Сегодня – это отправная точка для прошлого и будущего, это как лестница, можно идти вниз, а можно вверх. Но отправная точка - это именно сегодня. Поэтому какой сегодняшний день, такой будет ступенька и выше!
 
Наталья Леонтьева, житель г. Выборга

 

Оставить комментарий  /

Комментарии  /  0


Сюжеты по теме  /