Скачать

Бурлаки на Свири. Как ловят корюшку дедовским способом? Журналист «Ленвремени» поучился забрасывать невод

16 мая, 11:53

Корюшка прошла. В области завершилась путина, рыбаки сушат сети.

В Росрыболовстве посчитали - в этом году выловили более двух тысяч тонн ладожского деликатеса. Примерно столько же поймали и в прошлом. Однако в этот раз - путина была как никогда долгой - сказалась холодная погода. Вот и на Свири сезон завершили буквально накануне. Здесь ловят корюшку уникальным дедовским способом. Как и в старину - забрасывают невод. Рыбацкую лямку примерил на себя и Валерий Фенев.

 

- Вот чудо техники, сорок седьмого года мотор. Работает! 

Свирь в этом году как никогда полноводна, старожилы такое с трудом вспоминают. Затопила река  низкие берега,  поглотила   стоянки, где  ведут свой промысел рыбаки – пришлось  им выше подняться.     На  километры в округе, они единственные. Каждую весну на три недели становятся добровольными отшельниками.

АЛЕКСЕЙ НОВОЖИЛОВ, БРИГАДИР РЫБАЦКОРЙ АРТЕЛИ:

- Мне шестьдесят лет. Двадцать семь лет  здесь работаю. И к зиме вроде все заболит. Нее, все в этом году не поеду. Но март подошел, надо на чердак лезть. Веревки посмотреть, снасти. И все. Начинается жизнь.

Давно бы по Свири никто с неводом не ходил, все бы с катеров тралом вылавливали ладожскую корюшку,  если бы не нужда. В 90-е не в память о традициях  предков,  а с  банальным желанием накормить себя и семью пришли они на берег.

- Девяностые годы всему научили. Когда поесть нечего, зарплаты не было.   Что делать. Тогда пришли сюда со стариками, они и научили.
И узнали  о сокровенных местах, куда  заходит нереститься корюшка.  Их разведали   еще монахи  Александро-Свирского монастыря. Тоня,  Корелка, Шоткуса.    Рыбу со Свири отправляли на императорский  стол.  Сейчас  местной корюшкой они кормят окрестные села.

- На заброс пошли.

За пятьдесят здесь многим. Вот Александр Николаевич –   заслуженный работник института, для рыбаков - Борода. Его кстати, накануне,   волна подхватила и  едва  в Свирь не унесла.  Николаю Степанову шестьдесят шесть.  За исключением этих  трех недель, он  проектировщик военных  кораблей.   Их связывает одно, они все  родом отсюда  со свирских берегов.   

НИКОЛАЙ СТЕПАНОВ, РЫБАК:

- Может, что осталось  в крови у нас, от предков. Ну  что- то есть. Люди же летают в космос, а мы все таким способом древним ловим.       

ВАЛЕРИЙ ФЕНЕВ, КОРРЕСПОНДЕНТ:

- Здесь каждое движение, каждый заброс проверены временем. Так выходили на промысел их  деды и прадеды.   На лодке выходим на середину Свири.  Тянем невод с одной стороны. Рыбаки же идут вдоль берега.   Невод  - это своеобразный капкан. И в тот момент, когда лодка  встретится  с рыбаками,   невод  наполнится корюшкой.

С середины Свири  их фигуры едва  различимы – красно-желтые силуэты. Бредут  вдоль берега. Порой, утопая  в ледяной  воде почти по горло, спасают гидрокостюмы. Кажется, не  рыбаки, а бурлаки с картины Репина.  

- Может веревка лопнуть, может затащить, нас затащить. Волна пойдет боковая, лодку погонит и нас туда погонит в речку. Нырнуть в любое время любой может.Там за кустами кочки старые  и новые прибивает. Так что страхуем друг друга.

И пришел невод с корюшкой ладожской. Удачный заброс, довольны рыбаки,  десять ящиков наполнили. А в каждом по десять  кило.   Распутали невод, и  все заново.

- Сейчас пойдете и почувствуете натяжку, вот меня в ту сторону тянут, -пошла натяжка. А мне нужно тянуть в другую сторону.

– Да, вы должны упираться. Внимание, большое бревно сзади.

Ощущение, что впрягли в повозку в дополнение к непослушным скакунам.  Трос тянет в открытую воду, сбивает течение и волна, ноги скользят по илистому дну.

- Тут  культуристом стать можно. Ну да. Восемь часов подряд туда обратно. Килограммов семь-восемь скинешь. В день? – Не в день. За три недели.  После зимы. Это так называемый фитнес.
Да нормально у вас  тут.  Ничего себе. Реально  в воду  тянет.  А дышит то как, аааааа. И так из поколения в поколения.

И это никакая не усмешка над новичком, так балагурство.  Ведь сами когда-то  в первый раз   вешали  на шею трос, сами сопротивлялись течению  и тянули стометровый невод.   

В промышленных масштабах  их улов, что капля в море.  Получили лицензию на право выловить каких -то пять тонн.  Не бизнес, а так для себя -  особо не заработаешь. Вот  четыре года подряд вообще едва ли не из своего кармана  убытки  возмещали. А в этом все  пять разрешенных тонн выловили. Да и задержались,  промысел на неделю дольше продолжался.

АЛЕКСАНДР СТЕПАНОВ,  РУКОВОДИТЕЛЬ РЫБОЛОВЕЦКОЙ АРТЕЛИ:

- Так вот не сказать, что заработаешь много денег.  У нас в крови, мы не можем. Как весна начинается, так все мы уже собираемся, обсуждаем, сколько денег вложить надо.  

Корюшка сама покажет, когда приходит конец промыслу.  Есть у  рыбаков приметы. Совсем мелкая пошла, шершавая, или,  к примеру, погода налаживается. Вот и в этот раз, похоже, нерест закончился.

-  А эта мелкая. Балтийская, шершавая.  А наша ладожская, там темная спинка.

Вытащат  и аккуратно сложат невод.  Тот, самый, что когда -то в девяностых им отцы передали.  Особый, как рыбаки говорят, корюшной.  Посмотрят, где, что подлатать.

- Да вы что.  Мы постоянно латаем. Есть артель в Новой Ладоге. Вот  сейчас вытащим- покажем, там 50 метров меняли.
 А затем   попрощаются  и с корюшкой,  и со Свирью.  Не скорбной песнью бурлаков, а  одой   в честь Свири-кормилицы, в стихах, которые  сами и написали.

- Я видел много рек на свете.  Я  Волгу видел и Амур. Но нет милей Свири на свете. В них рыбаки в костюмах красных весной за корюшкой идут.
 

Валерий Фенев, Алексей Хюркес, Андрей Смирнов и Антон Пашукевич, Ленинградское время 

Теги:

Оставить комментарий  /

Комментарии  /  0