Миллион и квартира впридачу. Хватит ли этого, чтобы вернуть докторов в деревню? К поискам кадров подключились не только власти, но и сами жители отдалённых посёлков

20 ноября 2017 года, 21:20

“Если человек не ездил на лошадях по глухим проселочным дорогам, то рассказывать мне ему об этом нечего – все равно он не поймет. А тому, кто ездил – и напоминать не хочу”. Так свой автобиографический рассказ начинает выпускник медицинского института Михаил Булгаков. В 1917 году он отправляется на службу в глухую деревню. Все события, описанные в этой книге, произошли ровно сто лет назад.
 
Валерий Фенев, корреспондент
14 километров до деревни Кривицы Сланцевского района. Грунтовая дорога, размытая ноябрьскими дождями. Словно из рассказа земского доктора Михаила Булгакова. Здесь, почти в двухстах километрах от Петербурга, вот уже несколько лет нет врача общей практики. Последний буквально сбежал, бросив на прощание, работать - невыносимо. Местные власти теперь ищут замену беглецу. Но никто не едет. 
Ну, никакой перспективы нет, молодежи нет. Старики, хронически больные старики.
 
Ольга Волкова, медсестра общей практики Новосельского сельского поселения
Похожая ситуация во многих отдалённых деревнях. Как и 100 лет назад, земский врач – это призвание.
Я физически никого не могу на аркане сюда притащить, пока человек сам не захочет жить и работать. 
 
Марина Мельникова, глава администрации МО «Вистинское сельское поселение» 
К нам в поселение едет врач, но он может не доехать, т.к. нет жилья, все квартиры сданы. Вместо пустых разговоров помогите, пожалуйста, найти жильё доктору. Спасибо. 
 
Из переписки жителей деревни Вистино в социальной сети
О том, что в Вистино впервые за четыре года может появиться свой врач, мы узнали из переписки в социальной сети. Местные жители, как один писали, только бы не спугнуть удачу, только бы не уехала. На нашу просьбу встретиться с кандидатом, отреагировали настороженно. Подождите, а вдруг и она уедет. Сколько таких было, приехали, посмотрели, кто-то пообещал вернуться, и исчезали навсегда.
 
Валерий Фенев, корреспондент
Добрый день! Привел к вам нового доктора, который, надеюсь, будет у нас работать. Дина у нас из Уфы, мы долго вели с ней переписку, в интернете. Рабочее место у нас свободно, можно переодевать халат и начать работу.
Главный врач Кингисеппской больницы знакомит земского доктора с посёлком. Пока Дина работает в башкирской деревне, но все надеются, что вскоре она переедет сюда. В Вистино почти тысяча жителей. Есть школа и детский сад. Если согласится – ей предоставят четырехкомнатную квартиру. Семья у Дины большая, четыре ребенка. Берет паузу, говорит, посоветуется с близкими. А халат пока не примерила.
У человека что-то должно перевернуться в голове. Он просто должен захотеть работать в деревне. Все так представляют, что мы тут в болотных сапогах ходим и, ну, деревня. А на самом деле у нас очень благоустроенный поселок.
 
Марина Мельникова, глава администрации МО «Вистинское сельское поселение»
Пять лет назад, когда в Ленобласти запустили программу «Земский доктор», на селе катастрофически не хватало врачей общей практики. Пустовала каждая вторая амбулатория. Потребовалось много усилий и денег, чтобы медики захотели поехать в деревню.
 
Каждый специалист с высшим образованием может рассчитывать на миллион рублей. Подъемные 500 тысяч из федерального бюджета, столько же из областного. При этом, врач должен отработать в деревенской амбулатории 5 лет.
 
Дополнительно врачам 47 регион выделяют еще 30 тысяч рублей при поступлении на работу. Кроме того, первые три года гарантирована единовременная выплата – 56 тысяч рублей. А дефицитным специалистам – врачам скорой помощи, психиатрам, неонатологам, анестезиологам и реаниматологам – 120 тысяч.
 
Медработникам со средним образованием Ленинградская область гарантирует 345 тысяч рублей подъемных. Медики обеспечиваются служебным жильем, по прошествии десяти лет работы оно может быть приватизировано.
У нас так построены меры социальной поддержки, что если ты претендуешь на одну меру социальной поддержки, то это не значит, что ты не можешь претендовать на другие. Обычно, так федеральное законодательство устроено. Мы же предлагаем всю линейку сразу. То есть человек может получить, 30 тысяч, 56, 120 в год, миллион и квартиру.
 
Сергей Вылегжанин, председатель комитета по здравоохранению Ленинградской области
Если нарисовать вокруг Петербурга воображаемые круги, то в радиусе до сорока километров проблемы нехватки сельских врачей фактически не существует. Но чем дальше, тем больше вакансий. Наиболее сложная ситуация в радиусе более 100 километров от Петербурга. Бокситогорский район, Сланцевский. Здесь, в Выскатке, в местной амбулатории на втором этаже уже пятый год пустует квартира, специально подготовленная для приезжего врача. Но никто не едет. Не прельщает ни жилье, ни подъемные в миллион рублей. 
 
Валерий Фенев, корреспондент
Все понимают, социальная поддержка и денежные выплаты не всегда главный мотивирующий фактор. К тому же, у врача в Выскатке была бы двойная нагрузка. Кроме своего поселения, еще и Новосельское. Хотя и созданы все условия – амбулатория после ремонта, оборудование новое.
 
Четвёртый десяток лет здесь работает Ольга Волкова, медсестра общей практики. Два года уже на пенсии, но если и она уйдет – люди останутся вообще без медицинской помощи. 
Ну, никакой перспективы нет, молодежи нет. Старики, хронически больные старики. Молодежь отсюда уезжает даже. Не то что врач. Нет работы молодежи. Была бы работа – население было бы больше. Перспективы никакой здесь. Если молодая приедет врач, замуж не за кого выйти. Ребята все в городе.
 
Ольга Волкова, медсестра общей практики Новосельского сельского поселения
Мечтал об уездном городе – он находился в сорока верстах от меня. Мне очень хотелось убежать с моего пункта туда. Там было электричество, четыре врача, с ними можно было посоветоваться, во всяком случае, не так страшно. Прием мой все возрастал. Вот настал день, когда я принял сто десять человек. Мы начали в девять часов утра и кончили в восемь часов вечера. Я, пошатываясь, снимал халат…
 
Из рассказа Михаила Булгакова «Стальное горло», 1917 год
Заборье, больница. Доктор Маркелов. Можно ходатайствовать, женщина, сердечно – легочная недостаточность. 72 года, все препараты у нее при себе. Дочка с хроническим алкоголизмом – у нее обострение. Болтается по поселку сейчас. Дров нет.
В Заборье на границе с Вологодчиной опять беда. Престарелая женщина может замерзнуть в своем доме. Ее старшая дочь уехала в Петербург на заработки – обычная история для далекой деревни, младшая – запила и забыла о матери. Врач Сергей Маркелов в Заборье – и медик, и психолог. И вообще здесь он для многих – за главного. 
Если он уйдет, мы пропали. Поселок пропадет. Никто сюда не поедет. Какие у нас условия? И жилья у нас нет. Он живет в старом бараке – проваливается крыша. 
 
Надежда Рачкова, житель поселка Заборье
Здесь он уже 30 лет. С 88-го во временном жилье. Был главным врачом местной больницы. Но потом ее закрыли, а он остался.
Работникам ни «спасибо» не сказали, не предложили новые вакансии. Ну, и после такого негативного отпечатка, доктор, столько лет защищая больницу и доказывая ее необходимость, написал заявление –  прошу меня уволить с должности главного врача и перевести на врача-терапевта. Раз 25 человек потеряли работу, то совесть должна быть как у человека, как у врача.
 
Сергей Маркелов, врач-терапевт амбулатории поселка Заборье
Доктор – это Сергей Станиславович про себя. Он часто говорит о себе в третьем лице. Есть в этом что-то из прошлого. Да и взгляд врача на жизнь, не сразу и поверишь. Сегодня – такой редкость. 
Вопрос не в том, чтобы тебе было хорошо, комфортабельно. Когда одеваешь белый халат, понимаешь его значимость. С точки зрения того, какая ситуация здесь – ответственность на первом месте. И если даешь клятву Гиппократа, то врач – больной – это главные отношения. 
 
Сергей Маркелов, врач-терапевт амбулатории поселка Заборье
Кстати, сам Маркелов в областную программу «Земский доктор» не попадает. Она для новичков. А ему миллион и жильё не положены. Местные власти и должны бы помочь с квартирой. Но их в Заборье нет. Логично построить здесь дом для медиков, но нужны инвесторы, говорят в регионе. Молодые медики сюда не приедут точно. Вот и держится медицина в Заборье на жизненных принципах врача Маркелова. 
У него вон накренилась стена, кухонька, печка разваливается и стекол, о Боже, и стекол даже нет. Вот в таких условиях он у нас живет. Где его сарайка? Тоже из этих? Вон, и не стыдно? Весь поселок к нему ходит. А у него там все разваливается, я дрова боюсь сложить. 
Заборье у нас уникальный поселок, к сожалению, на сегодняшний день не имеется ни одного помещения, отвечающего современным требованиям. Проще говоря, нет ни одного помещения с полными элементами благоустройства. И поэтому, и раньше, и сейчас не воспользоваться теми механизмами, которые существуют в Ленинградской области. А именно, не приобрести жилого помещения, потому как его просто в поселке нет.
 
Сергей Мухин, глава администрации Бокситогорского района 
В местной амбулатории тоже проблемы – сделали недавно ремонт в кабинетах, а на крышу денег не хватило – протекла. А ещё уже несколько лет нет  электричества и тепла в боксах для машин скорой помощи. Да и сам УАЗик, глядишь, да когда-нибудь встанет посреди бездорожья.
Передний мост надо менять. Вот его заклинит по дороге, и все, уберусь я с больным. А ездим по 100 км на села. Сидоров, Красный бор. Четыре с половиной часа прыгаем. Дорог нет, ничего нет, резина, вон, лысая. В этот год обещали суровую зиму. Сломается, вызов не обеспечим, пускай механики отвечают. Что мы, как брошенные на произвол судьбы.
 
Владимир Солодов, водитель скорой помощи амбулатории поселка Заборье
Приглашаем на работу фельдшера ФАПа, скорой помощи, медсестер, врача терапевта (общей практики), психотерапевта в отделение паллиативной помощи. Программа Земский врач (врачи до 50 лет включительно), средний медперсонал до 35 лет (за работу по контракту 5 лет). Жилье служебное. Сельские льготы на жилье, пенсионный стаж. 170 км от СПБ, хорошая транспортная доступность. Большое село, природа – супер, хороший коллектив. Пишите в личку.
 
Из переписки жителей поселка Паша в социальной сети
Поселок Паша, тоже не ближний свет. 180 километров от Петербурга. Но здесь расстояние – не помеха. Заведующая местным стационаром Наталья Максимова в этом году значительно обновила штат. Из шести вакансий закрыли сразу пять.
Для того, чтобы приехали, нужно хорошо позвать, как минимум. И не просто пустые слова пообещать, а сделать все, ничего не скрывать. Делаем ссылку на официальные сайты больницы, на группу нашего села, где люди могли бы посмотреть, что за село, как оно живет, чем, что тут есть вообще. Есть ли какие-то проблемы, или это вообще – дыра дырой.

Наталья Максимова, заведующая Пашской участковой больницей
А скрывать посёлку и нечего. 11-летняя школа здесь только открылась после реновации, в детский сад очередей нет. Первой откликнулась акушерка Олеся. Она из Читы, но приехала в Пашу из Волгоградской области. Там тоже есть своя программа поддержки сельской медицины. Но, как оказалось, только на бумаге.
Уехала на ФАП по программе земский фельдшер. Там 500 тысяч дают, также 5 лет надо отработать. Но там условия невыносимые – связи нет, дорог нет, жилья не дали. А у меня маленький ребенок, я не могу жертвовать собой. И вот потом приехала сюда. Здесь уже с апреля месяца. Здесь все, что обещают, делают. Помогли и с мебелью, и даже с посудой. 
 
Олеся Бахарева, врач-акушер Пашской участковой больницы
Ещё одно достижение местной медицины – врач-терапевт Евгения Аверьянова. Мама двоих детей, поменяла петербургскую прописку на пашскую.
Узнали про программу «Земский доктор». И так получилось. А вы получили уже? – Да, сразу. А там бюрократической волокиты, ничего нет? – Вообще нет. Через три месяца у меня на сберкнижке был миллион рублей. Ровно, без всяких процентов. Миллион рублей ноль-ноль копеек.
 
Евгения Аверьянова, врач-терапевт Пашской участковой больницы 
Ее миллион рублей теперь – это двадцать пять соток земли и строящийся дом. Просторный, двухэтажный, как и мечтали с мужем. Пока живут в служебной квартире, но в следующем году переедут сюда.
Классно! Приезжайте все в Пашу! Наверху там детские будут! Внизу будет наша комната. Уютно, красота будет. Никаких соседей рядом!
Олеся Бахарева, наконец, получила свое жилье. Пусть небольшая квартира, каких-то 25 квадратов в бывшем общежитии, но она своя. 
Когда мы сюда заехали, ремонт был уже сделан. Были и обогреватели новые, и была плита. Это тоже все с администрации. А остальное, у нас было 300 тысяч рублей подъемных, и мы купили гарнитур, только он не собранный еще. 
 
Олеся Бахарева, врач-акушер Пашской участковой больницы
А заведующая стационаром в свободное время изучает анкеты врачей, готовых работать в деревне. Одна вакансия- то ещё не заполнена.
Вот психотерапевта хотят в Москве, а мы его к себе зовем, а он – не очень.
 
Наталья Максимова, заведующая Пашской участковой больницей
Я написал в Грачевку и вежливо напомнил о том, что на N-ском участке полагается и второй врач. Через три дня пришел ответ, писали, что, конечно, конечно… Обязательно, но только не сейчас. Никто пока не едет… Заключали письмо некоторые приятные отзывы о моей работе и пожелания дальнейших успехов.
 
Из рассказа Михаила Булгакова «Вьюга», 1917 год
Вот эти дома, которые я показываю ручкой, на них можно посмотреть, как раз относятся к моей территории. Там живут мои пациенты. – Но это же много? – Много. Если в цифрах, ну в общем, нам врача не хватает. Мы ищем, пока не идут.
 
Лариса Сорокина, врач-терапевт амбулатории Войсковицкого сельского поселения
Поселок Войсковицы. Хоть и недалёко от Петербурга, но и здесь не каждый готов работать. По нормативам на одного доктора полагается полторы тысячи пациентов, а в поселении восемь тысяч человек. Врачей общей практики всего двое.
Я конечно, понимаю. Вы там все романтизируете профессию докторов. Но если реально смотреть правде в глаза, то посчитайте самое простое. Разделите миллион на пять лет. У вас получится 18 тысяч рублей прибавка к зарплате. В платных клиниках получится сопоставимая зарплата. Сюда идут кто? Те, у кого есть проблемы с жильем. Потому что администрация обычно помогает. Те, у кого проблем с жильем нет, предпочитают спокойненько сидеть в платных клиниках и принимать по 15 пациентов. С точки зрения рентабельности – это правильно. Но, по человечески, мне моих пациентов жалко.
 
Лариса Сорокина, врач-терапевт амбулатории Войсковицкого сельского поселения
Лариса Сорокина как раз из тех, кто приехала в Войсковицы за жильем. Правда, миллион, конечно, не помешал. Вложила его в ипотеку в соседнем Коммунаре. Да, неудачно, все сроки сдачи дома давно прошли, застройщик исчез – теперь суды. По программе «Земский доктор» работает четвертый год.
Ну вот, например, планы по диспансеризации – боже ты мой!!! Две минуты на прием – это недостаточно! Надо обсудить его проблемы, заинтересовать – это занимает 10-15 минут. Понятно, что если 30 человек на приеме, по 15 минут – что-то не укладывается.
 
Лариса Сорокина, врач-терапевт амбулатории Войсковицкого сельского поселения
В следующем году она рассчитается с государством. А что дальше, Лариса пока не знает.
Сама профессия не надоела? – Сама профессия нет. Надоела бюрократия. И чем дальше, тем больше. Вводятся новые стандарты, которые, конечно помогают быть здоровыми, но они не выполнимы.
 
Лариса Сорокина, врач-терапевт амбулатории Войсковицкого сельского поселения
Пять лет действия программы «Земский доктор» – в областном правительстве говорят, это и опыт, и возможность проанализировать ошибки. Уже с этого года студенты медицинских вузов смогут получать ежемесячные стипендии от 47 региона в размере пяти тысяч рублей. При этом после окончания вуза они будут обязаны уехать в деревню. Уже более миллиарда рублей потрачено на ремонт амбулаторий и закупку оборудования. Для врачей купили 120 квартир. С нового года обещают повысить зарплату. 
Удалось ли полностью решить проблему кадров? Да, конечно, нет, конечно, нет. Но, по крайней мере, когда до 14 года мы видели снижение, хоть на процентик, но снижение укомплектованности, то сейчас мы видим, что увеличились показатели на четыре процента – это по всем врачам. По сельским, мы вообще с 50-ти до 70-ти процентов подняли укомплектованность, на 20 процентов.
 
Сергей Вылегжанин, председатель комитета по здравоохранению Ленинградской области
Вдохновенно я развернул амбулаторную книгу и час считал. И сосчитал. За год, вот до этого вечернего часа я принял 15613 больных. Стационарных у меня было 200. А умерло всего шесть. Я закрыл книгу и поплелся спать. Я, юбиляр двадцати четырех лет, лежал в постели и, засыпая, думал о том, что мой опыт теперь громаден. Чего мне бояться? Нечего.
 
Из рассказа Михаила Булгакова «Пропавший глаз », 1917 год
А Дина Звонова, врач общей практики из башкирской деревни , все-таки вернулась в Вистино. Уже не одна, а с мужем и детьми. Обживают предоставленную им четырехкомнатную квартиру. Детей местные власти буквально за сутки устроили в сад. Сама же Дина на днях выходит на работу. Дошла очередь и до Вистино, впервые за четыре года у поселка появился свой врач.
Заходишь в магазин, здравствуйте, вы наш новый доктор? Все в таком полуобморочном состоянии, когда они меня видят. Они в магазине, в садике – у нас будет свой доктор? Вы надолго к нам? Я говорю, надеюсь навсегда. Дай бог, как в жизни сложится.
 
Дина Звонова, врач-терапевт амбулатории Вистинского сельского поселения 

Сюжеты по теме  /

Оставить комментарий  /

Комментарии  /  0